Социальная проза. Виктор Афоничев (г. Искитим, Новосибирская обл., Россия). Глаз Божий

Go down

Социальная проза. Виктор Афоничев (г. Искитим, Новосибирская обл., Россия). Глаз Божий

Post by Admin on Thu Mar 01, 2018 6:29 pm

Опубликовано где-то около полтора десятка миниатюр (юмор) в «Нескучной газете», «Флирте», «Московской среде», «Магистрали» (Украина). Рассказы печатались в «Литературном меридиане», «Литературном Башкортостане» и других изданиях. В этом году в журнале «Юность» в №6 опубликован рассказ «Как я графоманил», а с №7-8 начата публикация повести «Кэш». А в августе месяце этого года опубликован рассказ «Хождение через три границы» в «Нашей Канаде».



ГЛАЗ БОЖИЙ

1

Сегодня на утреннем разводе второго отдельного батальона ДПС города N-ска объявили результаты переаттестации. С итогами работы комиссии ознакомил своих подчинённых командир батальона, который накануне вечером на руки получил соответствующий приказ в областном управлении.

В числе достойных звания полицейского в полном составе оказался весь  второй отдельный батальон ДПС города N-ска. Не прошли аттестацию только незанятые должности в количестве трёх единиц. После зачтения приказа, оторвав взгляд от бумаги, командир батальона произнёс: « Как сказал наш министр, за моей спиной, то есть за его спиной, в прошлом, заметьте – в прошлом, остались взяточничество, злоупотребления служебными полномочиями, коррупция и весь негатив, — громче добавив. — Нету его сегодня. В новой структуре остались только лучшие из лучших!» Ухмылка пробежала по лицам подчинённых. «Вольно! Разойдись. Приступить к несению службы», — в завершении своей речи скомандовал командир.                                                              

Одним из дослужившихся до звания полицейского оказался старший лейтенант Павел Сергеевич Хлынцев. Когда-то он, попав на службу в милицию, (туда пристроил его родной дядя полковник Иван Павлович Хлынцев), благодаря этому не попал в тюрьму. До того момента он регулярно пьяный гонял по N-ску на отцовской машине, его останавливали, составляли протоколы, привлекали. Теперь он делает то же самое на служебной машине, но никто уже не задаёт вопросов.

— Товарищ майор, разрешите обратиться, — произнёс Хлынцев.

— Да, слушаю.

— Теперь как правильно к нам обращаться: товарищ полицейский или господин полицейский?

— По этому вопросу пока директивы никакой не поступало, но в новостях я слышал, что наш министр журналистам дал ответ, что приемлемо и так, и так.

— А, правда, что после некоторого времени нас из полиции в жандармерию переименуют?

Помня, что у Хлынцева дядя ходит в чине полковника, командир к этому вопросу отнёсся серьёзно.

— У тебя, откуда такая информация? – сверля глазами подчиненного, спросил он.

— Вчера в Интернете прочитал, что нынешнее переименование – это.., — дальше споткнулся Хлынцев в изложении своей мысли, почесал за ухом, после чего, простодушно выпалил: —  Наведение понтов. Когда весь этот форшмак вскроется, новую вывеску нарисуют – жандармерия.

— Нет, такой вопрос пока не рассматривается, — ответил майор уже с видом человека знающего всё.

Вечером Хлынцев с напарником и ещё один экипаж ДПС отмечали свой новый статус в придорожном кафе «У Гарика». Кроме них в полутёмном  зале находились: два харчующиеся крупных мужика дальнобойщика с серыми от дорожной копоти лицами и пахнущие солярой, а также группа братков с гайками на пальцах и с цепями на шее без передышки опрокидывающие в себя одна за другой стопки с водкой. Первые наедались впрок, вторые снимали стресс.

— Что за ситуация? Как себя вести? Сплошная шняга. Раньше аккуратно взлохматил фраера, с кем надо поделился и всё нормалёк. Теперь тема тёмная. Делиться никто не отменял, а как лохматить — не понятно, — жаловался коллегам на прозу жизни один из новоиспечённых полицейских.

— В натуре народ бурагозит. Тормознёшь какой-нибудь лоховоз, шпак за рулём не дать, не взять – натуральный лепила, а туда же — бузу затирает. «Представьтесь», — требует. Всё на сотовый снимает. Так и подмывает вальцануть ему в бубен! – впечатлениями о своих трудовых буднях делился уже другой полицейский.

— Это, пацаны, всё ерунда. Тут в Интернете аэску зацепил, мол, тему перетирают в Москве, чтобы в каждую машину ДПС поставить видеофиксаторы. Что это значит? — предложив сотоварищам пошевелить мозгами, вклинился в разговор Хлынцев.

В ответ получил следующего содержания умственный выхлоп одного из коллег:

— Вилы.

— Пацаны, а я скажу: « «Дом – 2» конкретно отдыхает». И это не всё. По окончании смены будем проходить ещё тест на полиграфе, — своё виденье ситуации изложил Хлынцев.

— Это что такое? – задал вопрос коллега.

— По-простецки — детектор лжи, — пояснил Хлынцев. – Каждый день будут прессовать на этом аппарате, задавая вопросы: «Брал деньги?! Сколько?» И яркий свет в глаза.

— Что они там, на кругу порожняк гонят?! – высказался один из полицейских.

— Понты бьют, — подытожил другой.

Вот такой был базар.

Первыми кафе покинули дальнобойщики, за столиками их сменили подъехавшие коллеги. Братки, рассчитавшись с официантом, разъехались по своим стрелкам. У полицейских при отчаливании возник спор, сначала между собой, потом с официантом: «Надо им платить джорджики или нет?» Выяснив, что Гарик – не фраер последний. Рассчитались.

Канарейка, то есть патрульный автомобиль, с включенной люстрой наверху, то есть с проблесковыми маячками, вёз домой двух гиббонов, то есть двух сотрудников ГИБДД: Хлынцева и его напарника. Руки Хлынцева лежали на рулевом колесе, у напарника они были вытянуты вдоль туловища. При движении транспортного средства тела двух гиббонов болтало из стороны в сторону.  Они почти добрались до места, как их подрезала автобусная остановка. Столкновение избежать не удалось.



2



           Спасатели и «скорая» приехали быстро. Хлынцева и его напарника извлекли из покорёженного автомобиля и отвезли в ближайшую больницу. Несмотря на серьёзность аварии, они были живы, хотя без сознания. За две минуты до происшествия от остановки отъехал автобус, поэтому никто не пострадал. Эта счастливая случайность связана с тем, что Гарик оказался настоящим пацаном, то есть те две минуты разницы ушли на выяснения в кафе его статуса и на расчёт полицейских с официантом.

В больнице нашим коматозникам были разные видения.

Первая галлюцинация — они по обмену опытом направлены в США в Оклахому. Сам шериф их приветствует в своём кабинете. Несмотря на то, что Хлынцеву в школе преподавали немецкий язык, а напарник вообще не помнил, чему его учили в школе, они, тем не менее, хорошо понимали речь шерифа.

— У нас в Америки нет отдельного подразделения в полиции, которое занималось бы дорожным движением, их функции выполняют обычные патрули, — делился опытом главный полицейский Оклахомы. – Вождение в Америки сильно отличается от российских реалий. У американцев с детства закладывается законопослушность. Поэтому соблюдение правил дорожного движения не подвергается сомнению. Выходцам из России первое время ездить здесь непривычно. Уступчивость и культура вождения в Америке отличается даже в лучшую сторону, чем Западной Европе. Из-за скоростного лимита, здесь нет такого количества аварий, и они не такие ужасные, как допустим в Германии. Хотя идиотов тоже хватает. В США правила дорожного движения соответствуют международным, но есть некоторые отличия. Главный принцип правил в Америке заключается в следовании здравому смыслу, а не закрепление каких-то формальных норм и положений, разрешений и запретов. Например, на перекрёстке, убедившись, что никому не создаёшь помеху, можно повернуть направо на красный свет. Совершенно непоколебимо правило пропускать пешеходов и не только на установленных переходах. Американцы никогда не оставляют машину в местах, запрещённых для парковки. Дорожные знаки в США выглядят немного по-другому и гораздо проще, так как обычно всё пишется словами. Допустим, знак «ограничение скорости» — белый прямоугольник, где чёрным цветом написано «SPEED LIMIT 50». Штрафы за нарушения составляют от двадцати пяти до нескольких сот  долларов. Но упаси вас бог предложить полицейскому расплатиться на месте. В итоге – наручники и заключение под стражу. Поэтому оплата только через банк по соответствующей квитанции и акту. На здешних дорогах полицейских патрулей, как правило, не видно, но это вовсе не значит, что мы отсиживаемся в кустах, готовые пулей вылететь с радаром к нерадивому водителю. Для этого применяется видеонаблюдение и патрулирование на вертолётах с воздуха. Как только дежурный заметил нарушение, вызывается ближайшая патрульная машина, которая через несколько минут сядет на «хвост» нарушителю с мигающими фарами и включенной сиреной. Это не желание «агрессивного полицейского», чтобы ему освободили полосу. Это требование остановиться. В такой ситуации водителю предписано принять на обочину, заглушить двигатель, опустить боковое стекло, положить руки на руль и ждать, пока подойдёт полицейский. Если всё-таки патруль дежурит на дороге, то машина будет стоять перед опасным участком, а не как в России после, и на самом видном месте. Полиция не имеет права останавливать водителя без повода, даже под предлогом проверки документов. Американские полицейские люди доброжелательные, они реальные помощники на дороге и в городе.  Система страховки от ДТП применяется в США уже давно. На «разбор полётов» в случаи любого инцидента уйдёт минимум времени. Надо только набрать «номер телефона спасения» — 911. Часто и без этого полицейский патруль, а при необходимости медицинская помощь и пожарные прибудут через несколько минут. Всё это благодаря тому, что почти все дороги контролируются видеокамерами и полицейскими вертолётами. То есть в Америке всё организовано для удобства человека.

После США наши герои с очень секретным заданием, с данной им легендой, что они русские мафиози – Паша Крутой и Саша Крученный, направились в Японию, где были внедрены в якудзу. Сам шеф, то есть оябун имел с ними беседу. Речь его для них была проста и понятна, перевода не требовала. Якудза – это настоящие пацаны, остальные катаги, то есть лохи. Тут уже они, рассказывая о себе, делились опытом с японцами. Японские бандиты отметили, что Паша Крутой и Саша Крученный – безпредельщики, каких свет не видывал, и в России созданы все условия для настоящих пацанов.

Прошло много времени, Хлынцев всё находиться без сознания. За это время власть повернулась лицом к народу. Павел Сергеевич лежит в отдельной палате, кругом чистота, можно даже сказать стерильность, всё покрашено в светлые тона, на окнах жалюзи. В больнице даже есть лекарства, зимой батареи горячие, летом работают кондиционеры, а врачи и санитарки вежливы и обходительны, и вдобавок ко всему разбираются в своём деле, но самое удивительное – выполняют свои обязанности. Труд эскулапов дал о себе знать, Хлынцев пришёл в сознание и стал поправляться. Когда здоровье наладилось, его выписали из больницы.

— Отец, за то время пока я лежал в больнице, как всё вокруг изменилось! — сидя дома за столом с родителями, отмечая своё выздоровление, делился своими впечатлениями Павел. – Ты меня сейчас вёз по городу, я не узнал свой город. Улицы чистые. На дороге никто ни кого не подрезает. И милиции нет, пардон, полиции. Я даже не узнаю тебя. Ты ехал со скоростью не более пятидесяти километров в час, на пешеходных переходах пропускал пешеходов и не сигналил им. Что случилось?

— Сынок, сейчас в каждой машине в обязательном порядке ставят видеофиксаторы, информация с них поступает в центр на большой компьютер, в народе прозванный «глаз бога». Который находиться где-то там.

Отец направил палец верх.

— Ещё на каждом столбу видеокамеры висят, с них информация тоже поступает на этот компьютер. Электронный мозг всё перерабатывает и выносит свой вердикт.  Нарушил – отвечай. Штрафы нынче большие. А кто злостный нарушитель, лишают водительских прав пожизненно.

— А как же человеческий фактор? Полиция – свои люди, прокуратура – свои люди, — задал вопрос младший Хлынцев.

— Теперь нет человеческого фактора. Всё по закону. Кроме президента страны, депутатов и глав администраций разного уровня, ещё избираем всеобщим голосованием прокуроров и руководителей полиции. Любой, кто имеет необходимое образование и требуемый стаж работы на соответствующих должностях, имеет право выдвинуть свою кандидатуру на этот пост, простой регистрацией в Интернете на нужном сайте, — пояснил старший Хлынцев.

— Так легко? – удивился сын.

— Сложности начинаются потом, когда кандидат на детекторе лжи на вопросы электората отвечает. Ему: «Вы, имели связи с бандитами?» Он: «Нет». А лампочка горит, что врёт. На этом многие уважаемые люди погорели, — поведал отец.

— А если подмазать? На лапу дать? Кругом ведь люди, живые человечки. Всё подстроят, как надо, в компьютер изменения внесут, — не унимался Павел.

— Паша, сейчас наличных денег нет. Только электронные платежи. Ввоз валюты в страну запрещён, иностранцев пускают к нам при наличии банковской карты. Везде хитрые приборы: в магазине, в автобусе, в кассе на вокзале, которые идентифицируют личность человека. Подставил палец к умной машине, аппарат определил, кто ты есть таков, и достаточно ли у тебя на счету денег на данную покупку. Ещё раз задействовал свой  палец, тем самым дав своё согласие на приобретение товара — и весь расчёт. Где тут на лапу дашь?! Ну, переведёшь ты деньги со своего счёта на счёт мздоимца, получиться равносильно, как явку с повинной оформил. Доходы и расходы прозрачны. Тем самым, сынок, с коррупцией в стране покончено. И знаешь, всё как-то произошло тихо, без всяких объявлений компаний.

— Отец, как вы сейчас живёте?

— Да не плохо, сынок, живём.



3

           Что только не причудится в бессознательном состоянии! Действительность была гораздо прозаичнее. После того, как Хлынцев стал подавать признаки жизни, его перевели в общую палату – помещение серое, пропитанное зловониями, где кроме него лежало ещё семь человек,  один из них был его напарник. Родители постоянно дежурили в больнице, общаясь с медперсоналом; поднося, кому двести рублей, кому пятьсот. Да, и в аптеку приходилось регулярно бегать за лекарством, которое было нужно для закрепления положительных тенденций у больного, но почему-то Минздравсоцразвития так не считающий и по этой причине не включивший их в список необходимых медикаментов для снабжения больниц. Усилия родителей не прошли даром, Хлынцев выздоровел. Дома он узнал две новости: хорошую и плохую. Первая – на него и его напарника не будут открывать уголовное дело, тому посодействовал полковник Хлынцев. Дядя больше ничего сделать не смог, поэтому была и вторая новость – приказа об их аттестации на полицейских не было

Admin
Admin

Posts : 762
Join date : 2017-05-20

View user profile http://modern-literature.forumotion.com

Back to top Go down

Back to top


 
Permissions in this forum:
You cannot reply to topics in this forum